- Что же мне делать? - спросил он сам себя вслух. Через некоторое время к нему вернулось присутствие духа. Я должен рассуждать логически. Однажды я уже попал в силовое поле и стал в два раза меньше. Следовательно, ростом я уже всего фута в три. Соответственно труба стала для меня как бы вдвое длиннее. Гроут достал из огромного теперь кармана фонарь, листок бумаги и принялся за вычисления. Фонарь, тоже ставший в два раза больше, он держал с трудом. Вскоре пол под ним снова нагрелся, и он, не задумываясь, подвинулся в сторону. - Если я останусь здесь достаточно долго,- пробормотал он, то я... Труба снова вздрогнула, отодвигаясь сразу во всех направлениях, и Гроут очутился под грудой грубой ткани. Задыхаясь, он с трудом высвободился из-под нее и бросил взгляд вдоль трубы. Далеко-далеко впереди мерцал пересекающий трубу луч света фотоблокирующего устройства. Если бы добраться до него, если бы только добраться... Поразмыслив над своими выкладками еще немного, Гроут пробормотал: - Надеюсь, я не ошибся. Судя по вычислениям, я доберусь до светового луча примерно через девять с половиной часов, если буду двигаться без остановки. Тяжело вздохнув, он встал, положил фонарь на плечо и двинулся в путь.

Профессор Харди повернулся к студенту Питнеру. - Расскажите аудитории, что вы видели сегодня утром. Все посмотрели на Питнера, и тот нервно сглотнул. - Э-э-э... Я заглянул в подвал, и меня пригласили осмотреть "Лягушачью камеру". Профессор Гроут пригласил. Они собирались начать эксперимент. - Какой эксперимент? - Эксперимент, связанный с парадоксом Зенона,- нервничая, пояснил Питнер.- С лягушкой. Ее посадили в трубу и закрыли дверцу. Затем профессор Гроут включил аппаратуру. - И что произошло? - Лягушка начала прыгать. И уменьшилась. - Правильно, уменьшилась. А потом? - Потом она исчезла. Профессор Харди откинулся на спинку кресла.